Вторник, 22.06.2021, 19:23
Приветствую Вас Гость | RSS

Методист

Категории раздела
Мои файлы [24]
Юрьев А.Н. Русский язык для физиков. Хрестоматия [39]
Юрьев А.Н. Русский язык для физиков: Уровень С1 [34]
Юрьев А.Н. и др. Русский язык для физиков [16]
Юрьев А.Н. Русский язык. Типы и стили речи [15]
Алтынбекова О.Б., Алтаева А.Ш., Могилевская Н.М., Юрьев А.Н. Тестовые задания по русскому языку [1]
Бетембаева Т.Ш., Алтаева А.Ш., Алтынбекова ОБ., Юрьев А.Н. Русский язык [11]
Дж. А. Данелек. Атлантида. Уроки исчезнувшего континента. Избранные главы [9]
Студенческие работы [5]
А Адаев. Алтари цивилизации. Избранные главы [4]
Алтари цивилизации.
Дэвид Фарлонг. Стоунхендж и пирамиды Египта [1]
Тесты [5]
Сборник тестов [9]
Дистанционное обучение [0]
Юрьев А.Н. Толковый словарь разговорной и просторечной лексики русского языка [51]
В.И.Акимова, А.Н.Юрьев. Словарь общественно-политической лексики русского языка. [33]
Презентации Flash [1]
Юрьев А.Н. Русский язык для программистов [36]
Первый опыт в написании научных статей [1]
Юрьев А.Н. Русский язык для программистов [0]
Личная библиотека [1]
Документация [4]
А.Н.Юрьев. Толковo-идеографический словарь разговорной и просторечной лексики русского языка [39]
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Каталог файлов


Глава 2. Переосмысление Платона
10.03.2020, 18:07

Хотя многие приверженцы Атлантиды воспринимают сообщение Платона как доктрину и неуважительно относятся к тем, кто не хочет считать его слова без преувеличения правдивыми и исторически точными, я сомневаюсь, не поторопились ли мы поверить Платону на слово. В конце концов, это все-таки фантастическая история с недостаточно (кто-то может и возразить) вескими доказательствами в ее поддержку, так что мы имеем право, по меньшей мере, сомневаться, не мог ли Платон просто сплести удачную небылицу?

После того, как было потрачено достаточно времени на поиск подходящего места на планете, которое предположительно могло бы служить основой его истории, кажется, наступило самое время предпринять вторую попытку оценить достоверность повествования Платона, а именно: нам необходимо сейчас пересмотреть маршрут. К сожалению, очень немногие приверженцы Атлантиды хотят сделать это, предпочитая враждебно относиться к каждому, кто лишает их идеи существования пропавшего континента, вместо того чтобы упорно работать над очевидными проблемами, которые содержит их теория. Однако же мы не сможем обнаружить что-либо, упорно не желая смотреть фактам в лицо, так что настало время еще раз более критично взглянуть на работу Платона.

Рассмотрение мифологических элементов

Наряду с тем, что диалоги Платона действительно содержат множество деталей о древнем островном государстве, подтверждающих, что это было реальное место, в его описаниях также имеются немногочисленные сведения, которые можно рассматривать как нечто историческое.

Первое, что должно заставить нас подозревать, что Платон не делает буквального изложения, можно увидеть в его самом раннем описании Атлантиды, содержащемся в «Критий». В этой работе посте описания древних жителей Афин и их культуры, а также потрясающих городов и необычайного могущества Атлантиды Платон сообщает своим читателям о том, что при разделе суши между богами островное государство было передано Посейдону. Кроме того, используя такой же, как в диалогах, откровенный и деловой стиль, Платон рассказывает нам, что Посейдон, оставаясь верным сущности Олимпийских богов, безнадежно влюбляется в дочь первого правителя Атлантиды, берет ее в жены и становится отцом ее детей:

Посейдон, получив в удел остров Атлантиду, населил ее своими детьми, зачатыми от смертной женщины, примерно вот в каком месте: от моря и до середины острова простиралась равнина, если верить преданию, красивее всех прочих равнин и весьма плодородная, а опять-таки в середине этой равнины, примерно в пятидесяти стадиях от моря, стояла гора, со всех сторон невысокая. На этой горе жил один из мужей, в самом начале произведенных там на свет землею, по имени Евенор, и с ним жена Левкиппа; их единственная дочь звалась Клейто. Когда девушка уже достигла брачного возраста, а мать и отец её скончались, Посейдон, воспылав вожделением, соединяется с ней... Произведя на свет пять раз по чете близнецов мужского пола, Посейдон взрастил их и поделил весь остров Атлантиду на десять частей, причем тому из старшей четы, кто родился первым, он отдал дом матери и окрестные владения как наибольшую и наилучшую долю и поставил его царем над остальными, а этих остальных — архонтами, каждому из которых он дал власть над многолюдным народом и обширной страной. Имена же всем он нарек вот какие: старшему и царю — то имя, по которому названы и остров, и море, что именуется Атлантическим, ибо имя того, кто первым получил тогда царство, было Атлант. Близнецу, родившемуся сразу после него и получившему в удел крайние земли острова со стороны Геракловых столпов вплоть до нынешней страны гадиритов, называемой по тому уделу, было дано имя, которое можно было бы передать по-эллински как Евмел, а на туземном наречии — как Гадир. Из второй четы близнецов он одного назвал Амфереем, а другого — Евэмоном, из третьей — старшего Мнесеем, а младшего Автохтоном, из четвертой — Эласиппом старшего и Местором младшего, и, наконец, из пятой четы старшему он нарек имя Азаэс, а последнему — Диапреп. Все они и их потомки в ряду многих поколений обитали там, властвуя над многими другими островами этого моря и притом, как уже было сказано ранее, простирая свою власть по ею сторону Геракловых столпов вплоть до Египта и Тиррении.

Хотя идея о том, что боги имели детей от земных женщин, является общепринятой в греческой мифологии, она кажется немного неуместной в якобы «историческом» повествовании. Активные искатели Атлантиды, настаивающие на восприятии истории Платона как абсолютно истинной, вплоть до признания определенного количества колесниц в арсенале короля, каким-то образом упустили из виду эту интересную деталь. Однако если мы примем рассказ Платона за подлинно историческое повествование, то справедливости ради должны будем признать и идею о существовании реального бога по имени Посейдон. Он будто бы действительно вступил в любовные отношения с единственной королевской дочерью (в конце концов, кто еще смог бы безнаказанно совершить такой подлый поступок?), произведя на свет в качестве потомства полубогов-полулюдей. Мне кажется лицемерным принять идею, что на острове в Атлантике жили стоны, не веря в то, что один из богов Олимпа мог плохо поступать с дамами.

Временное несоответствие

Вторым недочетом истории является то, что она описывает крупно масштабную войну между атлантами и союзом восточных средиземноморских государств во главе с древними Афинами, которая предположительно произошла за 9 тысяч лет до рождения Платона. Таким образом, если мы согласны верить, что Атлантида существовала так давно, разве не должны мы тогда согласиться с идеей, что Афины и Египет (вкупе с остальными регионами, упомянутыми в рассказе) тоже существовали около 9 тысяч лет до н. э.? Иначе с кем же тогда воевали атланты?

К сожалению, принимая эту историю за чистую монет)', мы сталкиваемся с главной дилеммой: если мы согласимся, что война между атлантами и афинянами была реальным историческим событием, то мы передвигаем возникновение города-государства Афины — считается, что оно первоначально возникло примерно во II тысячелетии до н. э. — назад примерно на 7 тысяч лет! Кроме того, это значит, что развитые цивилизации процветали в Средиземноморье примерно за 6 тысячелетий до строительства пирамид, что бросает вызов всем известным историческим и археологическим фактам. В связи с этим, война между Афинами и Атлантидой не может быть признана как историческое событие, не подвергая отмене все, что ученые узнали о древней истории на протяжении последних двух веков.

Итак, что мы имеем? Неужели Платон лгал, когда говорил, что это была реальная история? Неужели Атлантида была просто вымыслом, рассчитанным на то, чтобы научить нас некоторым моральным требованиям, а его рассказ о том, как эта история к нему попала, — лишь уловкой для того, чтобы придать ей некоторую достоверность? Или это было что-то другое? Может это, в конце концов, быть вымышленной историей, рассказанной не для того, чтобы ввести в заблуждение, а с целью передачи информации?

Роль метафоры

Древние люди не часто что-то записывали с единственной целью сохранения письменных записей исторических событий. Вместо этого они были более заинтересованы в сохранении глубокого смысла или сущности, содержащейся в истории, и не утруждали себя исторической точностью описываемых событий. В результате сохраненными оказались записи, которые содержали символичную а не историческую истину. В связи с этим, похоже, что Платон вовсе не намеревался сделать так, чтобы его история была воспринята буквально, и не пытался умышленно ввести в заблуждение своих читателей. Я думаю, Платон действительно писал историю, которая могла иметь некоторое подтверждение в историческом факте, но была такой древней и разбавленной при каждом пересказе, что давно утратила все самые основные фактические детали. Опираясь на древние легенды и несметное количество современных мифов того времени — несомненно, известных грекам с древних времен, — а также полагаясь на собственное воображение и навыки рассказчика, Платон просто соединил все в высоко стилизованную, нравоучительную пьесу, в которой он проиллюстрировал, как коррупция и жадность, в конечном счете, могут навлечь на себя гнев богов.

Возможно, его вдохновило реальное разрушение острова Тира, произошедшее на тысячу лет раньше (катастрофа, вероятно, известная грекам). Он включил этот факт и относительно развитую минойскую культуру в свою историю. Такой литературный прием не только является вполне допустимым, но и часто используется даже сейчас. Использование минойцев в качестве декорации или вдохновляющего примера ничем не отличается от использования нацистской Германии в качестве модели для создания в фантастических произведениях некоторых вымышленных репрессивных и авторитарных режимов.

Кроме того, нацисты, пока еще не названные, могли послужить механизмом, на основе которого строилось это жестокое будущее, придавая всей истории до его верность, которая при других обстоятельствах могла бы отсутствовать. Точность деталей была неважна для Платона; существенной он считал мораль, вытекающую из истории, а все остальное являлось лишь сценой для размещения его героев. Он мог позаимствовать материал из разных легенд и мифов, популярных в то время, при необходимости приукрашивая и соединяя их вместе в причудливую мозаику мифологии, которая дошла до наших дней, но история, по существу, является вымышленной. Если понимать слова Платона в таком контексте, они приобретают новое значение — смысл, утраченный при дословной интерпретации, но сохраненный при рассмотрении его в виде метафоры.

Но как мы можем утверждать, что это именно то, чем занимался Платон? Безусловно, у него мы спросить не можем, но существует одна вещь, которая доказывает не только то, что история Атлантиды была слегка преувеличена, но и то, что она на этом не кончается.

Неоконченная история

В отличие от большинства работ Платона «Критий» является уникальным произведением в том плане, что оно было незакончено. Возможно, что окончание было просто утрачено, но то, как она заканчивается, кажется, доказывает обратное. Финальный абзац выглядит следующим образом:

И вот Зевс, бог богов, блюдущий законы, хорошо умея усматривать то, о чем мы говорили, помыслил о славном роде, впавшем в столь жалкую развращенность, и решил наложить на него кару, дабы он, отрезвев от беды, научился благообразию. Поэтому он созвал всех богов в славнейшую из их обителей, утвержденную в средоточии мира, из которой можно лицезреть все причастное рождению, и обратился к собравшимся с такими словами...

Обратите внимание, что история внезапно обрывается на самом драматичном месте повествования. Она заканчивается не в середине мысли, а в самый кульминационный момент, как будто Платон положил ручку, чтобы решить, как ему продолжить, и больше не вернулся к повествованию. Мы знаем, что «Критий» не является его последней книгой — в последующие годы он написал еще несколько работ — так, что его перо остановилось не по причине смерти, а книга все-таки осталась незаконченной. Что же могло произойти, чтобы заставить его остановиться, особенно на таком ключевом моменте истории?

Возможно, Платон не закончил свою историю, так как потерял к ней интерес? Другими словами, если сначала его могло развлекать сочинение вымышленной истории, то со временем, возможно, он стал скучать и перешел к осуществлению других, более слоящих проектов, ославив историю в середине повествования?

Такая возможность требует рассмотрения. В конце концов, ко времени написания своих диалогов Платон был уже старым человеком, и, понимая, что времени остается мало, он мог переключиться на произведения более высокого уровня, вместо того чтобы заканчивать свой незамысловатый вымышленный рассказ об островном государстве, за высокомерие и жадность обреченном на разрушение. Насколько нам известно, эпопея Атлантиды могла быть необработанным черновиком, который Платон начал писать, но потерял интерес, не закончив повествование. Такое иногда происходит с писателями любой эпохи; любой великий писатель создавал такие литературные произведения, о которых впоследствии сожалел, или оставлял рукопись еще в зачаточной стадии, так как у него получалось совсем не то, что он пытался сказать. К сожалению, когда человек, подобный Платону, становится знаменитым, все, что он написал, вполне естественно воспринимается как нечто неприкосновенное. В связи с этим, необработанные черновики, неудавшиеся первые пробы пера и даже ничего не значащие заметки приобретают статус священного писания и бережно хранятся, даже если сам автор предпочел бы видеть эти страницы брошенными в огонь.

Кроме того, два других эпизода свидетельствуют о том, что история вымышленная. Во-первых, упоминание об Атлантиде в работах Платона является самым ранним, принимая во внимание, какая это впечатляющая история [17]. Но разве мы должны принять на веру, что крупномасштабная война, вовлекшая все известные тогда государства в битву не на жизнь, а на смерть и закончившаяся катастрофой, уничтожившей целый народ, могла остаться незамеченной другими писателями на протяжении нескольких тысяч лет? Понимая, что огромная масса литературы была утрачена в течение нескольких веков во время пожаров и различных бессмысленных актов уничтожения, я все-таки считаю подозрительным, что работа Платона была и остается первым и последним упоминанием на эту тему.

Во-вторых, приверженцы Атлантиды придают большое значение тому факту, что Платон сам говорил, что его история реальна. Тогда не называем ли мы человека лжецом и не ставим ли мы под сомнение его взгляд на историю, как человека необычайной прямоты и безупречной честности, ради опровержения этого?

Оценка честности Платона

На самом деле сам Платон не говорит, что история правдива. При внимательном прочтении обсуждаемого текста видно, что Критий говорит Сократу о том, что история правдива, а это определенно не то же самое, что сообщил нам Платон. Он задумал свои записи об Атлантиде в форме вымышленного диалога между его старым другом и учителем Сократом и его коллегами-философами. Такие диалоги были литературным приемом, который использовал Платон для того, чтобы воплотить свои идеи, и не предназначались для того, чтобы быть воспринятыми как точная запись реального разговора. Когда в диалоге Платона Критий говорит Сократу, что история, которую он собирается ему поведать, реальна, это является не ложью, а лишь распространенной литературной тактикой, применяемой для привлечения читателя, которую писатели используют и сегодня. Прием, когда один герой информирует другого о том, что история, которую он собирается рассказать, действительно произошла, такой же старый, как само написание художественного произведения. Следовательно, Платона нельзя обвинить в нечестности. Он был просто хорошим рассказчиком.

И, наконец, что нам делать с тем фактом, что история, предположительно, была передана Платону никем иным, как легендарным греческим законодателем Солоном? Действительно ли Платон не стал бы это придумывать?

Имеются два возможных варианта. Либо Платон сочинил историю о том, что Солон передавал рассказ из поколения в поколение, таким же образом, как он сочинил воображаемый диалог между Сократом и Критием (еще один распространенный литературный прием), или Солон сам сочинил историю и передал ее Платону, который воспринял ее как факт. Если уж на то пошло, она могла быть придумана любым посредником между Солоном и Платоном и просто быть приписанной знаменитому политику. Однако я думаю, что тот факт, что Платон оставил историю незаконченной, более убедительно доказывает вышесказанное. Действительно ли Платону была доверена история, передаваемая легендарным Солоном (который умер на 200 лет раньше), остается непонятным, так как он полностью не записал этого. По всей вероятности, он просто создал вымышленную случайную историю о том, как пришла к нему эта легенда, как своего рода исключительное право на ее использование.

Вымысел как факт

Но тогда возникает новая проблема. Если повествование Платона является лишь вымыслом, какое значение это имеет для идеи о пропавшем континенте? Не лучше ли нам просто отказаться от всей концепции как от плохой шутки и пойти дальше, как это сделало большинство ученых?

Здесь и находится камень преткновения: только то, что история является вымыслом, не означает, что она не содержит фактов и не имеет исторической ценности. На самом деле в большинстве вымышленных произведений часто используются реальные места, люди и события в качестве фона или декораций для историй. Наглядным примером этого является классическая новелла Маргарет Митчелл «Унесенные ветром», в которой она в качестве контекста использует реальное географическое место (Атланта, штат Джорджия), реальные исторические фигуры (Джефферсон Дейвис, генерал Шерман, Авраам Линкольн) и подлинное историческое событие (гражданская война в Америке), чтобы рассказать историю о романтических отношениях между аристократичной и избалованной Скарлетт О’Хара и франтоватым и самоуверенным Реттом Батлером. В то время как сами герои полностью вымышлены, большое количество исторических подробностей придает им достоверность и заставляет воспринимать историю как подлинную биографию.

А что, если история оказалась бы потерянной и забытой и была бы вновь обнаружена только несколько веков спустя новым поколением литературоведов и историков? Признавая, что исторические подробности повествования в основном соответствуют действительности, разве мы не посчитали бы, что весь рассказ полностью правдив, и что Скарлетт О’Хара и Ретт Батлер были реальными фшурами времен гражданской войны в Америке? Естественно, ни Ретт, ни Скарлетт не имеют каких- либо признаков того, что они не являются реальными живыми людьми (другими словами, они не мистические создания и не владеют сверхъестественными возможностями, как рассказывается в сказках), таким образом, разве все повествование целиком не будет восприниматься как исторический факт? Если нет, тогда какой критерий может быть использован для определения достоверности той или иной части?

Я предполагаю, что нечто подобное произошло и с историей Платона. Используя хорошо известную и, возможно, общепринятую историю о потопе в качестве основы, Платон создал вымышленный рассказ вокруг абсолютно реальных древних событий, точно так же, как сейчас повсеместно делают современные писатели.

Но что хорошего может нам это дать в поиске Атлантиды? На самом деле очень много. Вернемся к нашей аналогии с книгой «Унесенные ветром». При внимательном прочтении будущие историки могли бы многое узнать о геополитической, экономической и военной ситуации в Атланте и вокруг нее до гражданской войны в Америке, а также во время и сразу после нее. Если опустить не относящиеся к делу элементы романтики, из истории можно извлечь довольно неплохой урок, который в будущем стал бы полезным для историков, ищущих детали о том времени и месте, не имея подробной информации о них. Таким же образом, не обращая внимания на посторонние детали в повествовании Платона, мы могли бы уже отойти от идеи, что в античные времена должно было что-то произойти, что послужило основой его рассказа.

И это что-то могло быть не фантастически богатым и могущественным островом, который был полностью разрушен во время великого катаклизма, а ключом к очень древнему и необыкновенному прошлому, который даже Платон мог быть не в состоянии распознать. Как раз здесь мы можем возобновить наши поиски пропавшего континента, особенно сейчас, когда мы признали, что карта, которую дал нам Платон, является лишь приблизительным изображением того, что мы ищем, а вовсе не точной картой острова сокровищ. Это нисколько не облегчит наше путешествие, но хотя бы укажет правильное направление и заставит думать об Атлантиде «нестандартно», что поможет разыскать пропавший континент — не на страницах работ Платона, а в мифологии его времени, там, где он находился все это время, ожидая, пока мы его найдем.

Категория: Дж. А. Данелек. Атлантида. Уроки исчезнувшего континента. Избранные главы | Добавил: anik | Теги: Посейдон, Зевс, Атлантида, истории Платона, остров Тир, диалоги Платона
Просмотров: 111 | Загрузок: 0 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Вход на сайт
Поиск
Друзья сайта